Мы организовали серию прямых эфиров с хоккейными комментаторами в клубном Инстаграм. С Артёмом Батраком и болельщиками пообщалась Дарья Миронова.

- У вас прекрасный английский. Как вы его поддерживаете на высоком уровне?
- Я часто на нём разговариваю и периодически бываю в Америке. Иногда он мне нужен по работе. Это как второй родной язык. У меня друзья живут в Америке, я читаю на английском. Этот язык всегда у меня задействован. - Смогли бы комментировать на английском матч ЖХЛ, например? - Кстати, надо подумать. Мне нравится работать в паре. Одна я бы, наверное, не взялась за это. - Почему у вас почти всегда в микст-зоне на интервью иностранцы? - Им же нужно с кем-то разговаривать и получать внимание! Плюс многие клубы знают, и вы в «Спартаке» тоже, что, если работает Миронова, то можно отправить иностранца. Они хорошо разговаривают, они не отказываются от интервью и не грубят.

- Кто из игроков «Спартака» самый разговорчивый?
- Геннадий Столяров. Проблема только в том, что он не так часто попадал в состав в этом сезоне, а вообще он - молодец. Отмечу ещё Александра Никишина. Вообще в «Спартаке» нормальные ребята и почти все разговаривают. Гудачек хорошо это делает, но мы его не трогаем. - Почему вратари не ходят на интервью? - Кстати, Маркус Свенссон, который играл в «Спартаке», приходил как-то на интервью ко мне. Это было в Лужниках. Он на меня плюнул, понятное дело, не специально. Он только вышел с площадки, снял шлем, и это вышло случайно. Он это сам увидел и сразу извинился. Молодец, что пришёл, потому что матч был тяжёлый.

- В 2018 году вы стали лауреатом премии «Мастерюга», которую учредила газета «Советский спорт» для лучшего журналиста. Что это был за приз?
- Я второй человек после Романа Скворцова, кто получил этот приз. На самом деле я не ожидала. Церемония была в Сочи, и я помню, что мне задавали очень странные вопросы. Например, спрашивали, выходила ли я на лёд на каблуках когда-нибудь? Было прикольно, что приз мне вручали сразу два Владимира Ткачева. Где-то есть видео, где я завизжала. Я не скрывала эмоции. Раньше «Советский Спорт» награждал призом имени Сергея Гимаева журналистов, которые, по мнению газеты, выделялись из общего ряда. Я была удивлена, что удалось выиграть этот приз.

01_20190108_COACHES_ASG_KUZ_3.jpg

- Как хоккей вообще поселился в вашей жизни? Складывается впечатление, что этого никто не понимает.
- Многие спрашивают про это. Я никогда не могла представить, что всё будет так, как сейчас. Я училась в американском колледже и занималась плаванием. Мне предлагали выступать за команду университета, но я была в статусе «международный студент» и просто не смогла бы учиться и заниматься профессиональным спортом. Я и не хотела быть спортсменкой. Поскольку училась по направлению «телерадиовещание», мне предложили хотя бы освещать спорт в колледже. Начинала с плавания и тенниса. А потом меня спросили, почему, мол, если я русская, то не говорю про хоккей? Попробовала, и мне не очень понравилось. Потом были отдельные моменты, когда я работала с НХЛ, мы снимали рекламу, но это не было так глубоко, как сейчас. У меня раньше даже не было такой спортивной концентрации. А когда вернулась в Россию, то здесь зацепились за моё прошлое. Хоккей и НХЛ - это мой конёк. Когда меня звали на «Матч ТВ» и КХЛ ТВ, все уже знали, что я - хоккейный журналист.

- На «Матч ТВ» вам предлагали вести новости. Многие девушки что угодно сделали бы, чтобы получить такое предложение. Почему вы отказались?
- Понимала, что новости - это не моё. Я раздумывала какое-то время, но в итоге решила, что не буду вести новости. Сказала, что, если нужна помощь по НХЛ и КХЛ, то могу за это взяться. Всё сложилось хорошо и круто. Я раньше читала новости, но чувствую, что это не моё. Мне нужен драйв. Я в Хабаровске на «России 24» читала новости. Причём не только спортивный блок, а вообще вела весь выпуск. Люди, которые по много лет работали на ТВ, говорили, что такого ещё не видели. У меня каждый блок новостей как отдельная сказка. Спортивные читала эмоционально и в три-четыре раза быстрее, а грустные новости, например, про пожар, читала грустно и чуть ли не плакала. Надо мной прикалывались, но людям нравилось, что я такая нестандартная. Мне же казалось, что я вообще ужасна. Я после каждого эфирного дня подходила к начальнику и просила меня уволить. Хотя сейчас пересматриваю какие-то видео и понимаю, что всё было нормально. Я тогда просто копалась в своей голове зачем-то. -

- Вы сами себе подбираете образы и одежду на эфиры?
- Да. Но когда что-то специфическое происходит, то советуюсь с нашей командой во главе с Андреем Лазуткиным. Я рада, что мои идеи обычно поддерживают. Есть же понимание, как всё должно выглядеть. Два года назад перед ретро-матчем «Спартака» долго думала и не могла решить, в чём прийти на игру. Я решила тогда быть в образе Мадонны и смотрела разные её «луки». С другой стороны, я всегда думаю о том, чтобы человеку, который рядом со мной находится - сотрудник клуба или хоккеист, не важно - было комфортно. Я бы не пришла в купальнике и лосинах для аэробики из 80-х. Это бы смущало собеседников. Пришла в тот раз коротеньких топиках, но, чтобы сильно никого не смущать, надела колготки. Я бы так ни в студию, ни на обычный матч не пришла бы. Круто, что люди, которые просто приходят на игры, как-то необычно одеваются. Это всё придаёт событию отличный антураж. У «Спартака» круто на матчах потому, что так много красно-белого на трибунах и много людей, которые что-то придумывают. Такая обстановка реально заводит. Иногда вот смотришь чемпионат мира и думаешь: почему там люди себя так отвязно чувствуют и ведут? Почему у нас такого нет? Вот «Спартак» и его болельщиков можно похвалить.

- Вы же работали на всех ретро-матчах «Спартака».
- Хорошо помню тот первый, в Сокольниках. Тщательно к нему готовилась, смотрела какую-то хронику, много расспрашивала людей о том времени - что носили, что ели, как разговаривали. И я постаралась тогда в эфире говорить в стилистике 60-х. Мне сделали причёску соответствующую, так что было прикольно.

44_20180523_KHL_KUZ_2.jpg

- Вы когда со стадиона работаете, одежду ещё подбираете с учётом того, что там холодно?
- Сейчас я уже знаю, какая арена холодная, а какая тёплая. Где «Спартак» играет, там тепло, можно в платье приходить. Если вспоминать ДС «Сокольники», то это одна из самых холодных арен. Там реально надо работать в пальто, шубе, но тебе всё равно холодно. Даже сами игроки говорили, что им бывало прохладно в «Сокольниках». Там позиция корреспондента находилась рядом с лавками игроков и не было подтрибунного помещения. А дальше по коридору, неподалёку от позиции, была дверь на улицу. И когда эта дверь зимой открывалась, было страшно холодно. Зуб на зуб не попадал, а шуба не помогала. Когда кто-то подходил на интервью, надо было стоять до последнего в шубе, а за 10 секунд до начала скидывать её с себя. Когда был перерыв, нам сотрудники «Спартака» всегда носили чай.

- Болельщики спрашивают: у вас есть любимое платье?
- Да, у меня было любимое платье. Но некоторое время назад я накачала мышцы рук и ягодицы, поэтому перестала в него помещаться. И платье пришлось отдать.

- Как вы оказались на «Спорт ФМ»?
- В Хабаровске открыли филиал «Спорт ФМ», узнали, что я в городе, и предложили мне вести утреннее шоу. Надо было три часа быть в эфире с 7 до 10 утра. Ты проснулся, отвёл, поговорил, а потом не понимаешь, хочешь спать или нет.

- Как вы придумывали программы на «Спорт ФМ»? У вас их было очень много.
- Мне босс на радио предлагала вести такие программы, как «Детская площадка», например. Это вообще здорово, что хоть кто-то думает о том, что надо делать вещи для детей и родителей. Меня спросили, интересно ли мне делать проект о детском спорте? Я сказала да. На «Спорт ФМ» я попала ещё до Хабаровска благодаря НХЛ и хоккею. На тот момент у нас так масштабно об НХЛ никто не говорил. Я же первый год жила на две страны и выходила в эфир с другой стороны океана. Например, с интервью с Бобровским напрямую по телефону. Это было круто, в то время про НХЛ нигде столько не говорили. Да и сейчас, наверное, в таком количестве никто не говорит. Мы с Володей Дяхтерёвым вели по вечерам в пятницу программу. Я много тогда освещала спорт и из России, и из Америки. И не только хоккей.

- Много у вас стало свободного времени после закрытия радио?
- Я тут же занялась другими проектами. «Игра в тело», например.

03_20171118_SPT_TRA_KUZ 4.jpg

- Где вам больше нравится работать - на радио или телевидении?
- Меня часто спрашивают об этом. И там, и там нравится. Без радио скучно, хотя я же в начале этого сезона вместе с Николаем Валуевым вела программу на радио «Комсомольская правда». Правда, Николай постоянно был в разъездах, потому что он депутат и серьёзный человек. Мы должны были раз в неделю сидеть вечером в эфире. Мы иногда записывали в 7 утра. Я в студии, а Николай находится где-то в тундре. Мы его тогда подключали по скайпу, а в студии я сидела одна. Одной скучно.

- Вы работали на Суперфинале детского «Кубка Газпромнефти» между «Салаватом Юлаевым» и ЦСКА. Видео получилось нашумевшим: тренер Уфы за шкирку вытащил своего игрока в прямом эфире и отправил на лёд. Вспомните, что вы ощутили в первые секунды?
- Мы потом сдружились с этим мальчишкой, которого тренер выкинул на лёд. Его Амир зовут. Мы подписаны друг на друга в Instagram. Я даже виделась с его мамой в Челябинске. Мне звонили с Первого канала, звали в какую-то программу про смешные видео, звали также и Амира с родителями. Они хотели, чтобы мы объяснили, что произошло. Мы с его мамой много общались на эту тему - это было не смешно. Не так забавно, как это выглядело в различных мемах, появившихся после этого случая. Я перед матчем поговорила с представителями ЦСКА, всё объяснила, проблем не было. А в «Салавате Юлаеве», я это сразу поняла, тренер - очень серьёзный товарищ. И перед тем, как с детьми разговаривать, я им объясняла, что будет происходить. Я их даже заранее предупреждала о том, что спрошу в прямом эфире. С Амиром было тоже самое. Я спросила у тренера Уфы, с кем можно поговорить. Он вытолкнул ко мне Амира. Я с ним коротко переговорила до включения в трансляцию, он сказал, что готов. Как только я задала вопрос, он не успел ответить и «улетел» на лёд.

01_20190809_TRA_OPEN_TAB_10.jpg

- Вы с тренером «Салавата Юлаева» общались после матча?
- Нет, он на меня по ходу матча произвёл неизгладимое впечатление. Мне хватило. История ведь на самом деле после того эфира не закончилась. Мне столько писали сообщений! И лично, и на «Спорт ФМ». Родители даже собирали подписи, чтобы составить обращение в прокуратуру. После игры я летела в одном самолёте с командой ЦСКА, ко мне подходили дети, и они так искренне не понимали, что же произошло. «Видели, как их тренер относится к игрокам? Видели, что он им пить не давал?» Эти вопросы сыпались у каждого из них. И ведь действительно: на скамейке «Салавата Юлаева» тренер не давал мальчишкам воду. Он подходил и каждому брызгал в лицо. А если ребёнок ошибся на льду, то после возвращения на скамейку его заставляли отжиматься. Вот такие методы работы. Могу сказать: те, кто был в тот момент на арене из родителей, совсем не удивились тому, что тренер выкинул ребёнка на лёд прямо во время интервью. Больше того: даже фотографы и операторы, стоявшие рядом со мной, переживали, что им тоже может «прилететь» от этого тренера.

- Давайте вспомним Матч Звёзд в Астане. Вы же должны были со Скабелкой работать. Но он отказался приезжать, потом кто-то ещё из тренеров не дал согласия. В итоге вы оказались на скамейке с Галымом Мамбеталиевым. Никто не понимал, кто это. Он вообще разговаривал?
- Да, это тоже знаменитая история. У меня после этого с Андреем Скабелкой сложились тёплые отношения, потому что мы встречаемся и всё время в шутливой манере вспоминаем, что когда-то у нас не получилось поработать вместе. В том сезоне в «Барысе» менялось руководство, там не было взаимопонимания между тренерами, хоккеистами, руководителями клуба. «Барыс» находился в эпицентре больших перемен. И перед тем, как я прилетела в Астану, мне писало много игроков. В основном подкалывали меня насчёт того, что придётся общаться с Галымом. До конца сложно понять, что происходило внутри клуба, но у хоккеистов «Барыса» портилось настроение, когда Галым заходил в раздевалку. Им было тяжело это скрывать. Поначалу казалось, что это шутка такая, но потом я реально поняла, что атмосфера очень тяжёлая. На самом деле Галым почти не появлялся в нашей раздевалке на Матче Звёзд, и в какой-то момент его никто не мог найти. На меня даже накричал кто-то из судейской бригады, потому что Галыму надо было расписаться в заявочном листе, а тренер пропал. Оказывается, после утренней тренировки «Барыса» он взял и уехал домой, вернувшись на арену минут за 15 до начала игры. У всех паника, а его нет.
Но получилось прикольно: из-за того, что игроки «Барыса» находились с ним в конфликтной ситуации, они больше тянулись ко мне. И со многими игроками из той команды до сих пор я сохранила хорошие отношения. А ведь когда я туда прилетела, первым делом подумала: «Боже, куда я влипла?! Мне же придётся к игрокам в раздевалку идти! Зачем, почему, за что? О чём с ними говорить?» Но на деле оказалось совсем не страшно. Только в первые минуты было некомфортно. Захожу в раздевалку, там Володя Ткачёв, Алексей Бывальцев и Магнус Хелльберг. Я смотрю, что им тоже некомфортно. Но потихоньку все начали оттаивать. Пришёл Кевин Даллмэн, тут же начал пошло шутить. Мне пришлось, конечно, обороняться. И это меня привело в чувство, я на глазах превратилась в «железную леди». И мне игроки «Барыса» говорят: «Мы будем слушать только тебя. Галыма в раздевалку не пускай, запри его в туалете». Стало тепло. Плюс Медведев и Мартынов из «Авангарда» много прикладывались.

13_20190118_ASG_PL_KUZ_18.jpg

- Со стороны казалось, что командой на Матче Звёзд руководите вы, а Мамбеталиев вообще не разговаривает.
- Так и было. Матч Звёзд - это шоу. Но Галыму тогда, видимо, забыли об этом сказать. Он, мне кажется, вообще не понял, где оказался. Уже в процессе игры я пыталась на эмоциях как-то его «расшатать», но он был неприступен.

- На том Матче Звёзд девушки впервые работали тренерами. Для вас принципиально было выиграть?
- Нет. Я сразу для себя решила, что главное - хорошо провести время. Прикалываться. Ту энергетику, которую тебе дают болельщики, возвращать на лёд. И уже во время Матча Звёзд уже совсем не задумываешься о том, чтобы что-то выиграть. Голова занята другими вещами. Потому что люди запомнят не счёт, а всю «движуху» вокруг хоккея.

- Погоду в Астане в те дни помните?
- Конечно. У всех были планы посмотреть город, Я никогда до этого не была в Астане, а там разразился страшный буран. И дикий холод. Город я так и не увидела.

- В Казани на Матче Звёзд вы сделали просто невероятную вещь. Как вам удалось уговорить Билялетдинова исполнить буллит?
- На самом деле это заняло не так много времени. Круто, что он на это пошёл. Я до последнего в это не верила. Мне как-то быстро удалось с Зинэтулой Хайдяровичем выстроить хорошие отношения. Он кайфовал тогда от атмосферы. В конце первого дня я ему сказала, что буллит надо исполнить, что это на всю жизнь, что об этом будут все говорить. Он не ответил ни да ни нет, но обещал подумать. «А если я не попаду?» - «Да какая разница! Не в этом суть». На следующий день я к нему подошла, и он сказал мне, что всё сделает. Он только не понимал, как ему переодеться. Но я убедила его, что надо просто надеть коньки и снять пиджак. Получилось здорово. Помню, обернулась на трибуну, а у какого-то мужчины слёзы на глазах. Невероятный момент.

05_20180114_ASG_KUZ_11.jpg

- Признайтесь честно: вы волновались, когда впервые общались в микст-зоне с Олегом Знарком?
- Я каждый раз волновалась, когда он приходил. В плей-офф, правда, это прошло, потому что там уже не до волнений. Я была в шоке, когда мне сказали, что Знарок придёт на интервью. Он же в предыдущих командах в микст-зону никогда не ходил. Но надо всегда помнить: мы все - люди, надо спокойно разговаривать как человек с человеком. Олег Валерьевич давал очень хорошие интервью. Иногда шутил, так что проблем никаких не было. В моей работе надо понимать, под кого и как подстраиваться.

- Вы слышали скамейки «Спартака» то, что нельзя было произносить в эфире? Может, расскажете?
- На самом деле к мату на тренерских скамейках я давно привыкла и не обращаю на это внимание. Это часть хоккея, часть игры. Вы знаете, Крикунов может таким словесным хлыстом пройтись по игроку! А Знарку достаточно просто на игрока посмотреть своим коронным взглядом. Взглядом коршуна или ястреба. И тот всё понимает. Ни разу не слышала, чтобы он кого-то из хоккеистов оскорбил. Ни разу.

- А игроки «Спартака» могут вам подмигнуть со скамейки?
- Я однажды сняла видео, как Захар Шабловский целует ленту. После игры мне пришлось поймать Захара, чтобы тот объяснил, зачем он это сделал. Оказалось, что он поцеловал ту ленту, которой заматывал клюшку Хохлачёв. Тот перемотал клюшку, забросил, и после этого Захар решил поцеловать эту ленту. Видимо, чтобы тоже забросить шайбу. А что касается подмигнуть? Бывает, что игроки, сидящие с краю и не играющие, начинают следить за моей работой. Им же надо чем-то себя занять.

- Много ли хоккеистов в КХЛ, которые не могут в интервью связать двух слов?
- Я всегда стараюсь узнать у пресс-атташе, насколько игрок комфортно чувствует себя в разговоре с журналистом. Спрашиваю для того, чтобы быть готовой, чтобы подстроиться под человека. Иногда стараюсь игроку, который впервые приходит на интервью, быстро рассказать, о чём у нас будет разговор на камеру. Всегда привожу в пример моё интервью с Антоном Злобиным - вы разговаривайте со мной, как со старой знакомой. Как Антон (смеётся). Мне много писали после того случая. Как и самому Антону - он мне сам об этом рассказывал. Кто не помнит, найдите то интервью. Очень весело.

- Три игрока «Спартака», которые провели очень хороший сезон, на ваш взгляд?
- Артём Фёдоров. Он даже как-то моей маме помог в «Ашане» коробку дотащить. Так что для меня он №1. Яков Рылов - молодчик. Третьим назову Юлиуса Гудачека. Как без него и без его шоу? Пусть играет до 80 лет и устраивает свои шоу. Это всем нужно.

- Оцените сезон для «Спартака»?
- Мы увидели Команду. Все были друг за друга, как единое целое. Я в этом сезоне, приходя на каждый матч «Спартака», знала, что будет весело, будет круто! Но «Спартаку» нужна звезда!